Мир японской анимации. Аниме и манга в Украине. Сообщество форумов  

Вернуться   Мир японской анимации. Аниме и манга в Украине. Сообщество форумов > Литературный форум > Творчество. Проза
Регистрация Справка Пользователи Календарь Все разделы прочитаны

Ответ
 
Опции темы
Старый 28.10.2006, 19:10   #1
Wanderer
Приятель

Участник форума
 
Регистрация: 28.12.2002
Откуда: Томск
Сообщения: 55
Поблагодарил(а): 0
Поблагодарили 49 раз(а) в 25 сообщениях
Вы сказали Фуу: 0
Вам сказали Фуу 0 раз в 0 сообщениях
По умолчанию Девушка-ноябрь

В соавторстве с Юлич:
http://zhurnal.lib.ru/j/julich/

Девушка-ноябрь

Ты не держишь и не уронишь,
Без надежды спасти меня...
Ты не видишь, как на твоих ладонях
Я сгораю, таю я?!
Паша Кашин

Скажи, добрый друг календарь, чем станет для меня это лето?
Молчишь?.. Ну-ну. Молчи. Улыбайся бесстыжими глазами глянцевых красоток. И кто их научил так скалиться? Даже в унылой осени не найдёшь грустного лица. Даже ноябрь загадочно щурится тёмными, будто маслины, очами смуглой дивы. Дешёвка ты, календарь, скороспелая китайская штамповка. Твои, с позволения сказать, творцы ни на миг не задумались о соответствии времён года и девушек-моделей. Той знойной девчонке, чья лукавая мордашка украшает собой месяц ноябрь, самое место в июне или июле. Впрочем, северных красавиц ни в одном месяце нет. Белокожие и светловолосые в Азии — редкость. Наверняка у них всех более достойные занятия в жизни, чем позировать в чём мама родила для постеров и календарей. Так что извини, календарище, что требую от тебя невозможного. Виси спокойно, я лучше посмотрю в окно.
Там никаких полуголых девиц нет. Пыльные автомобили приткнулись рядком вдоль бордюров, редкие прохожие нет-нет да и прошагают по асфальтированной тропинке — и опять никого, лишь бесконечное мельтешение листвы под порывами ветра на окраине этого, чужого для меня города. Солнце не бьёт в стекло, его отсюда и не видно, стоит высоко. Зайчики лучей скользят по листьям, по капотам машин, по серой полоске между газонами. Лето в разгаре... Чем же оно всё-таки обернётся?
Каждое время года благоприятствует какому-то одному настроению. Осень потерь и разочарований... Зима тревоги нашей... Весна новых надежд. А лето, о котором столько мечтается, на которое строятся самые грандиозные планы, так коротко и непредсказуемо. Три месяца, будто один миг.
Я отвлеклась от созерцания двора через косую решётку окна, потянулась и медленно прошлась по комнате. Сняла трубку телефона — он не работал. Вот ещё новости! Вечером придёт Денис — пожалуюсь. Если не забуду. И если придёт...
Я ждала его полгода, а он не приехал. С тех пор как отбыл на учёбу в город, что сейчас размахивает суетливыми лапками ветвей за этим давно не мытым окном, он заметно охладел ко мне. Понятное дело — новое место, новые люди, впечатления, знакомства и прочее всякое... Мне говорили, что отношения в восьмидесяти случаях из ста не выдерживают испытания именно такой разлукой. Студенчески-учебной. По нынешним временам редкость, если девушка дождётся парня из армии. А уж если парень уезжает не в казармы, а в студгородок, тут пиши пропало. Кругом столько искусов, что только очень сильная любовь устоит. А мне с самого начала не верилось, что наша — по-настоящему сильна. Я окунулась в неё без слепоты щенячьего обожания, без неистового самоотречения. Это чувство я встретила тихо и покорно, в нём с первых дней сквозила нотка обречённости.
С Денисом меня познакомили друзья. Шумная, весёлая пара, вечно жившая на грани развода, но спасавшаяся бурной радостью примирений. Это о них сказано: «Вместе плохо, а врозь ещё хуже». Хотя не совсем о них... Невзирая на частоту и громкость их раздоров, во мне жила твёрдая уверенность, что уж эта-то парочка покрепче иных безмятежно счастливых семей. Сколько бы они ни побили тарелок, как бы ни повышали друг на друга голос, им всё равно не быть врозь. Милые бранятся — только тешатся.
Так вот, эта крикливая семейка терпеть не могла одиноких, неженатых и незамужних, и любыми правдами и неправдами стремилась всех со всеми свести. При этом матримониальных дел мастера нисколько не давали себе труда вникать в психологические тонкости, не утруждали себя деликатностью. Меня чуть не насильно навязали Денису, как только я развелась. Нас пригласили на день рождения и оставили в комнате одних. Слово за слово мы разговорились, но в первый же день знакомства Денис умудрился довести меня до слёз.
— Ты что, мать? — опешили друзья-сводники, когда осмелились заглянуть к нам в комнату.
А мне и сказать было нечего. Денис ничем меня не обидел, он мог даже вообще молчать — я просто увидела, что дело клонится к постели, и не нашла в себе сил отбрыкиваться, вот и разнюнилась. Могла бы спокойно встать и уйти, но навалились усталость и безразличие. Я слишком слаба и зависима, чтобы жить одной. А оплакивала — краткие дни свободы, которую не умела ценить, но всё равно жалела.
С самого начала я знала, что Денис собирался поступать в аспирантуру в другом городе и не стал бы менять свои планы ради моих прекрасных глаз. Первое время я пыталась как-то бороться с судьбой, выясняла, не готовят ли у нас аспирантов по его специальности, но…
И я опустила руки.
— Не горюй, — утешал меня любимый, — я буду приезжать на каникулы! А какой роман в письмах у нас получится, ты только представь!..
Я-то представила, да вот романа не получилось. Вместо диалога вышел монолог. На четыре-пять моих писем приходился один ответ Дениса, хорошо если два. Подруга, которой я плакалась в жилетку, искренне недоумевала, как это в наше время можно «потерять» уехавшего человека: мол, звякнула на сотовый и тут же нашла! Но я… боялась. Меня вовсе не радовали все эти мобильники, трезвонящие повсюду, а когда в автобусе со всех сторон неслись звонки, и даже у древних старушек начинало что-то пиликать в сумках — я готова была зажать уши и выскочить на ближайшей остановке. Порой не сдерживалась, так и делала. И безнадёжно опаздывала всюду. Извинялась, обещала взять себя в руки, но… Неукротимый, глухой к доводам разума страх терзал меня с того дня, когда муж как-то попросил подать ему звонящий телефон. Я, ничего не подозревая, взяла приборчик… и чуть не выронила: оказывается, он ещё и вибрировал! Неприятная дрожь пронизала руку до самого плеча, мерзкое ощущение засело в кисти на несколько дней. И напрасно потом друзья убеждали, что вибросигнал можно легко отключить или просто купить телефон вообще без этой функции — первое впечатление оказалось ничем не перебить.
Говорят, как Новый год встретишь, так его и проведёшь. Ещё одна дубинка в колёса нашего союза — Новый год мы с Денисом справили врозь: он несколько раз откладывал свой приезд, а под самый праздник и вовсе отменил, пообещал, что увидимся летом. «Да ты, Веруся, у меня просто Сольвейг!» — вздыхала мама и советовала выбросить ненадёжного кавалера из головы. Во мне не было той любви и нежности, что прославили героиню Ибсена, но я, что называется, закусила удила и упрямо продолжала ждать, писать письма в пустоту и надеяться на жаркий июнь. А когда выяснилось, что Денис и летом вознамерился кормить меня завтраками, я поставила его перед фактом, что приеду сама.
Не подумайте, я вовсе не вешалась ему на шею. Если бы он сказал, что между нами всё кончено, я смирилась бы с его уходом точно так же, как с его появлением в моей жизни. Но в своих редких и коротких письмах Денис продолжал уверять, будто я ему по-прежнему дорога! Просто учёба трудная, режим в общежитии строгий, деньги на бумагу и конверты находятся не всегда... Может, это и выглядело слабым оправданием, но я верила. И не побоялась приехать в незнакомый город.
Он всё же встретил меня, несмотря на ранний час, подарил букетик гвоздик и чмокнул в губы — без всякой нежности, неловко, будто клюнул. Пока трамвай мчал нас по пустынным улицам, мы почти не разговаривали — просто сидели, тесно прижавшись плечами, и чувствовали друг друга.
А потом я оказалась заперта в неприбранной холостяцкой квартирке с окнами во двор. Ключей мне Денис не оставил. Он уходил спозаранку, а возвращался поздно и не каждый день. Приносил множество вредной вкуснятины, затыкал мне рот поцелуем, и все скопившиеся за день упрёки таяли в пламени его ласк. Замок на двери стоял захлопывающийся, так что я была вольна в любой момент уйти — вот только вряд ли смогла бы вернуться. И я не рисковала, согласилась на добровольное затворничество. Единственное, что меня несколько угнетало — в квартире Дениса абсолютно нечем было заняться. Книги в шкафу стояли только специальные, учебники и справочники по будущей Денисовой профессии, ни телевизора, ни другой бытовой техники не было — да она мне и не требовалась. Еду Денис приносил такую, что она позволяла обойтись без посуды. Стирать, кроме постельного белья, было нечего — но на первом этаже дома я заметила прачечную и химчистку, так что не стала утруждать тяжёлым бельём руки. Всё в квартире было тусклым и пыльным, кроме пресловутого календаря с азиатками. Я уже изучила его до последней складочки на аппетитных девичьих телах.
Своё отсутствие Денис объяснял тем, что устроился на работу, и необходимостью подбирать хвосты по трудным спецпредметам. Я старалась не думать, сколько в его словах правды. У меня от рождения плохой нюх, так что я не знала, пахло ли от него чужими духами, да и не желала знать. Меня устраивала та полуслепота, в которую я сама себя погрузила.
Устраивала до сих пор.
Сегодня с утра всё было не так. Не помню, какой ногой я утром попала в тапочек, но подозреваю, что именно левой. Мне опротивел холодный фастфуд. Я уже видеть не могла девицу, олицетворявшую на календаре июль. Да и августовская мне показалась не лучше. Разве что девушка-ноябрь не вызвала желания поскорей перевернуть страницу.
Я сняла календарь со стены и пристально вгляделась в прищур миндалевидных глаз. Не помню, сколько я просидела так, но когда, наконец, выпрямилась и разжала руки, я твёрдо знала, что больше не останусь в душной квартире ни минуты. Отпуск у меня почти целиком впереди, так что я ещё успею осуществить всё, что задумала. Сейчас я оставлю Денису прощальную записку, напишу письмо родителям и отправлю его с вокзала. Сяду на ближайший же поезд, на который смогу купить билет. Сойду там, где название больше понравится. Сниму жильё, найду работу и начну новую жизнь. Вдали от всех, кто знал меня прежней. Отныне и так долго, как только смогу, я всё в своей жизни буду решать сама и никому другому это не доверю. Пусть это безрассудство, пусть волюнтаризм... пусть ошибка, но её я тоже сделаю сама!
Вещей у меня с собой почти никаких. Раз, два — и сумка собрана. Я задержалась на пороге, высматривая, не забыла ли чего. Потом подобрала с пола календарь, оторвала предпоследний лист и свернула в трубочку. Изогнувшись под моей ладонью, девушка-ноябрь одобрительно подмигнула…

* * *
— Вера! Вера!! — рявкнул я со всей мочи и побежал через газон. — Вера!..
А вдруг не она? Да нет же, кто же ещё может быть!
Вера…
На ту встречу меня вытащил Валерка — забавный тип, вечно влипавший в самые разные истории. Тут он просто позвонил и сказал, что будут старые друзья, будут подруги его Катьки, может, даже придёт Сашка с гитарой.
А почему бы и нет?
Там я её и встретил.
А потом она вдруг разрыдалась у меня на груди… И не было же ничего! Слова… мысли… немного вина.
Хороший вечер одной субботы.
И вдруг я понял, что без неё не могу. Совсем. В воскресенье утром я перерыл весь дом в поисках того автобусного билетика, на который она мне записала свой телефон.
Почему-то тем вечером, когда мы прощались на улице, у нас не было мобильников … Нашлись только ручка в её сумочке и старый билетик — вдруг — в моем нагрудном кармане.
Я просмотрел все полки, сделал генеральную уборку на столе, убил полдня на всё… А билетик лежал в верхнем ящике стола между дисков.
Позвонил, поговорил, договорился, побежал за цветами.
Потом плюнул, вернулся, составил список продуктов на ближайшую неделю и с чувством включил туда бутылку вина и что-нибудь сладкое.
И всё равно забыл, закрутился как-то вот… За полчаса до её прихода выскочил на улицу и купил цветы.
А под вечер ветер с юга вдруг разогнал облака и унёс вчерашнюю слякоть.
Лето…
Мы гуляли по городу, загорали на речке, не пропускали ни единого фильма в кино… Но часы тикали, лето просыпало последние песчинки…
В конце августа мне надо было уезжать за своей мечтой, довольно далеко и очень серьёзно: в мае нам позвонил старый приятель отца и сказал, что или сейчас я подам документы в аспирантуру именно сюда, пока ещё есть шанс и свободные места, или могу сразу распрощаться со старой мечтой.
Подал… Съездил туда на месяц, пробил комнату в общаге.
И ведь сдал! Сдал всё, не напрягаясь! Без всякого блата и без всяких взяток комиссиям.
А потом, уже с конца мая, жил на чемоданах и лазил по всяческим тем местным сайтам, пытаясь впитать дух и быт того города, вернее, уже не того, а как раз моего города, где мне предстоит жить все пять лет учёбы, а может, потом и работать.
И… Вот вдруг. Верка…
Даже хотел бросить всё и остаться.
Но… Учёба, перспективы, новая жизнь и вообще новое всё. И даже новые друзья, которые заваливали мой ящик письмами и всё спрашивали, как да чего, когда приеду и вообще какие планы.
Так пришёл август, налетел и смял жаркой волной летнего воздуха и одуряющим запахом полыни.
И она спросила, могу ли я отменить учёбу… Хочу — но не могу.
Могу ли учиться заочно?.. Нет. Только там и только так.
Могу ли…
Нет.
Август кончился. Двадцатого я уехал… и бросился в море новой жизни.
Учёба, заботы, лекции…
И деньги, конечно же, без которых никуда.
Я довольно быстро нашел приработок в одной из городских компьютерных фирм, их устроили мой статус аспиранта и постоянная занятость в университете, а меня — периодические заказы с выездом на дом к клиенту что-нибудь починить или настроить.
Так прошло полгода…
И сплошь — учёба, лекции, на которых надо быть, постоянная зубрёжка, гуляния с одногруппниками, пьянки опять же… Много всего.
А на полке в шкафу в комнате общаги лежали чистый листик и ручка. Ну не знал я, что ей писать, не знал! Не такую же… ерунду.
А она мне писала… Раз в месяц и ручкой по бумаге.
С каждым письмом в комнату попадал дивный запах далёких цветов…
И некогда, абсолютно некогда было писать ответы!
Одно… другое… Единственное, что я ещё мог себе позволить — так это звонки домой раз в месяц.
А под Новый год я понял, что — боюсь. Вот встречусь с ней снова, и всё будет иначе, обязательно пропадёт вся магия лета.
На праздниках мы неплохо гульнули на квартире одного из наших аспирантов — он как раз переехал из общаги под Новый год, а потом пришли девчонки из медицинского…
И…
Я даже и не понял, как всё случилось. Просто потом, уже наутро, рядом со мной тихонько посапывала Светка, разметав волосы по подушке…
Честно скажу — я тогда так и не понял, что со мной творилось. Да и со всеми нами, наверное… Но вот мне тогда показалось, что снова вдруг вернулось лето, снова появилось всё то счастье, что было тогда…
Но январь близился к концу, снова пошла учёба у меня — да и у Светы (о боже, меня всегда сводили с ума её дифдиагнозы и многотомные истории болезни).
А Вера всё писала… Письма из родного города приходили каждую неделю, реже — раз в две недели.
Потом опять пошла учёба — да куда там… я просто пропадал на лекциях, потом торчал в библиотеках и нёсся на заказы к клиентам.
И переехал… Скопил наконец на квартиру — очень маленькую, чёрт-те где — но всё же свою! Отметил день рождения, на который Света подарила мне шикарный мобильник – старый-то остался дома у отца, а Вера прислала большое письмо, пахнущее полынью и ромашкой…
Каждый вечер я уходил гулять на набережную: слушал ритмы города, ловил гармонию в говоре толпы и, самое главное, думал…
Верка, Светка, учёба, город…
Чёрт возьми, ведь люблю их обеих!.. И — боюсь…
Незаметно пришла... и прошла — весна. Я звонил домой, иногда писал Вере, гулял со Светой… И боялся переступить грань.
Я… Я, наверное, люблю их обеих, но ведь это неправильно. Но очень страшно сделать шаг и решиться на что-то.
Страшно…
Невозможно водить Свету в кино и мечтать о Вере!
Кажется, что мозги просто расплавятся.
А потом, в июне уже, Вера написала, что боится, сказала, что устала и просто хочет приехать сюда ко мне. Приезжай, конечно же, ответил я… и всё дольше стал бродить по набережной.
Боюсь. Так давно её не видел… Так легко можно всё сломать, она приедет и…
А она взяла и приехала. Я её встретил рано утром, неловко подарил букетик, который купил на остановке у бабульки, обнял, поцеловал и повёз домой, проклиная свою трусость.
Как жаль, что она приехала именно сейчас, а не на следующей неделе! Но обязательно надо всё-всё успеть и доделать этот заказ по работе…
И разобраться со Светой, сказать самому себе… и ей, что между нами ничего нет, да и не было, по сути. Ведь Вера — тут!
Зато потом — свобода!
И новое лето с ней… Всё как в прошлый раз.
А Веру пришлось оставить одну в квартире…
Ну не мог я разорваться на кусочки и быть одновременно везде!
Не мог…
Прибегал домой около десяти, приносил какие-то бургеры на вечер и на завтра, что-то ел, что-то говорил, а потом целовал её сонную и убегал рано утром.
Но мы были, были же вместе, пусть и не так, как хотелось, но всё же ведь ещё будет!
Потом, когда-нибудь…
И вдруг я смог вернуться пораньше, а она…

А она идёт куда-то, целеустремлённо шагает к дороге и остановке…
— Вера!
Не слышит?
— Вера, ты куда?!
— Вера!!
Побежала?
О боже, нет! Какой же я дурак…
— Верраааааа!!!!!

— Вер, ну… Вер, ну… не надо, вот я же здесь… Не плачь… Пойдём вон туда, к реке, там ты мне всё расскажешь, всё-всё… Ничего не тая, ладно? Хорошо… Вер, солнышко мое, ну улыбнись, ну… ну вот, уже лучше. Не плачь больше, ладно?..

«Поехали домой…» — взмолились её глаза, как вдруг затренькал мой сотовый. Светка… Блин, ну зачем сейчас-то!

— Знаешь, Дениска… — Веркин голос прерывался, но она изо всех сил старалась говорить твёрдо. — Я так долго жила не своей жизнью… Мой бывший муж хотел, чтобы я во всём была его тенью. И я была ею… Я была чужой сама себе! Не сразу поняла, что нельзя жить под копирку. Прости! Я… Я уйду… Я должна! И не пробуй меня удержать…
Договорить она так и не смогла, мотнула головой и резко высвободилась. Брызги слёз обожгли мне руку. Она подхватила сумку и побрела прочь, а я, будто во сне, смотрел ей вслед…
Телефон продолжал пиликать.
— Денискин, ну ты где?
— Свет… Мне надо побыть одному, хорошо? Я тебе перезвоню потом…

Утки шумно ссорились за куски хлеба, пока жители этого города не торопясь гуляли по аллеям парка. Я стоял на мосту через пруд — и вдруг понял, что всё не так.
Не так, как надо.
Но всё вот это — моё.
Потом, когда-нибудь, всё будет хорошо. Потом…
Не сейчас…
Wanderer вне форума   Ответить с цитированием
Реклама на форуме
Эти 2 пользователя(ей) сказали Спасибо Wanderer за это полезное сообщение:
Magni (30.10.2006), Mr Mingan (23.11.2006)
Старый 04.11.2020, 09:22   #2
Grinii
Прохожий

Участник форума
 
Аватар для Grinii
 
Регистрация: 02.08.2020
Откуда: Днепр
Сообщения: 16
Поблагодарил(а): 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вы сказали Фуу: 0
Вам сказали Фуу 0 раз в 0 сообщениях
По умолчанию

Лично мне, девушка-ноябрь представляется в вот таком образе.
https://my-svadba.ru/photos/blog/a7/...9333_large.jpg

Ну как, красиво?))
Хотите что бы ваша девушка так же лучезарно излучала свою энергию в вашу сторону? Тогда подарите ей вот такой https://fastflowers.dp.ua/bouquet-autumn-spirit БУКЕТ "ДУХ ОСЕНИ" ИЗ ОРХИДЕЙ, РОЗ И АЛЬСТРОМЕРИИ".
Гарантирую, что целую неделю вы будете купаться в ласках и заботе вашей любимой девушки,а так же наслаждаться бурными страстными ночами и приятными стонами...
Доставка букета, из Днепровского цветочного магазина по всей Украине!
Grinii вне форума   Ответить с цитированием
Реклама на форуме
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей - 0 , гостей - 1)
 
Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете прикреплять файлы
Вы не можете редактировать сообщения

BB-коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Выкл.
HTML код Выкл.
Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 13:45.



реклама:

Copyright (c) 2001-2015 by проект Мир японской анимации (anime.ua). Администрирование и руководство сайтом, часть содержания - Mr Mingan. Дизайн - by fafhrd.
Администрация сайта не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных и баннерных объявлениях.
Мнение администрации сайта может не совпадать с мнением авторов сообщений в форуме



MyAnimeTop - рейтинг сайтов по аниме, манге и хентаю Rambler's Top100